Я провёл у психолога больше 150 часов. И я всё ещё тревожусь, всё ещё злюсь и всё ещё иногда боюсь чужого мнения. И нет, я не проработал своё детство и своих родителей до конца.
И, наверное, главный вывод этих 3 лет он в том, что я вообще неправильно понимал, что терапия должна со мной сделать. И в этом видео Мои 3 года работы с психологами, сжатые в 10-15 минут. Начать хочу с того, что признавать мне было, наверное, неприятнее всего.
У меня было очень много пассивной агрессии. Я не выражал эту злость, я её копил. И мне при этом казалось, что я просто офигительный молодец.
Я не скандалю, не порчу отношения, а веду себя как взрослый человек. А, но на самом деле я просто складывал это куда-то внутрь, и оно там никуда не исчезало. Так вот, первое, что я понял, злиться абсолютно нормально.
А вообще всё, что вы чувствуете, это нормально. И проблема начинается не тогда, когда вы злитесь, а когда вы в этом зависаете. И здесь есть важное различие, которые я усвоил, честно говоря, далеко не сразу, что злость - это эмоция, она возникает, проживается и постепенно уходит.
А вот обида - это уже некая история, которую вы начинаете рассказывать себе снова и снова. И вот вы уже прокручиваете этот диалог, придумываете, что надо было ответить. Возвращаетесь к одному эпизоду уже там, не знаю, двадцать пятый, двадцать третий раз.
И у этой штуки есть даже специальное название, специальный термин. Э, это называется руминация или мысленная жвачка. Именно вот это застревание в этих мыслях, вот оно уже может стать большой проблемой.
А у меня всё накопленное обычно выходило двумя путями. Либо я в какой-то момент просто взрывался, причём часто, не на том человеке и не совсем в тот момент, а либо это сказывалось на моём здоровье. Причём я на полном серьёзе связываю часть своих болячек с тем, сколько всего тогда носил в себе.
А сейчас я постараюсь действовать иначе. Злость выражать и проговаривать, а вот обиду как-то просто замечать и не пережёвывать её бесконечно. Второе.
Я долго считал свои реакции, тревогу, страх, любые яркие эмоции какими-то дефектами. То есть мне казалось, что если бы я всё это не испытывал, то мне бы жилось прямо вот нормально, сильно легче. И вот эти эмоции как раз-таки мне казалось, что именно это мне и нужно как-то пофиксить, исправить.
Но потом я начал смотреть на это совсем иначе. Психика, она ведь не работает на самом деле против нас. И очень много из того, что она делает, она на самом деле делает с одной задачей: нас защитить, даже когда делает это достаточно криво и, честно говоря, совершенно не вовремя.
Я, например, долго не мог нормально спорить с важными для меня людьми. То есть не ругаться, не конфликтовать, а просто спокойно отстаивать свою позицию. А когда видел, что человек не прав, меня тут буквально заклинивало.
То есть я соглашался, а потом выходил из разговора и уже злился на себя, типа, ну ты и тряпка, почему ты опять этого не сказал? И только в терапии я начал понимать, откуда вообще могла взяться эта реакция. То есть когда-то в детстве а я примерно так же вёл себя рядом с мамой, не спорил, соглашался, замолкал.
И в этот момент это, возможно, действительно было лучшим способом справиться с ситуацией. И таким образом психика нашла такой вот способ мне защитить. И тогда этот способ отлично работал.
Проблема здесь только в одном, что мне уже давно не 5 лет, а вот эта стратегия, она по-прежнему осталась прежней, и теперь она меня уже не спасает, а наоборот мешает. И для меня это был прямо огромный сдвиг. То есть вместо мысли, что со мной что-то не так, а появилась совершенно другая мысль.
Когда-то мне это зачем-то понадобилось, потому что на самом деле ведь тревога, она защищает, избегания защищает контроль защищает. Даже самые, по нашему мнению, странные наши реакции, они часто когда-то были лучшим, доступным способом справиться с какой-то очень важной штукой. И отсюда можно сделать достаточно важный вывод, что эмоции - это не не что-то, что а нужно как можно быстрее убрать.
На самом деле эмоция - это наша сигнальная система. То есть мы тревожимся не потому, что тревога плохая и организм решил как-то нам испортить этот день. Часто что-то внутри пытается таким образом до нас достучаться, но мы обычно не идём туда.
То есть мы говорим себе: "Так, надо взять себя в руки, надо не накручивать, потерпеть, отвлечься". Но оно почему-то в этот момент не проходит. Как раз-таки возможно, потому что сигнал этот самый никто так и не услышал.
А поэтому сейчас мне кажется гораздо интереснее не вопрос, как скорее от этого избавиться, а вопрос: "А о чём это вообще для меня? что мне сейчас вот эта конкретная тревога, страх или какое-то переживание пытается мне сообщить. И здесь у меня есть достаточно личная история, которая началась ещё задолго всякой терапии.
А я почти всю школу заикался лет семь, а может быть и все 10. Иногда вообще не мог выговорить слово какое-то слово. То есть ты говоришь так ппппп.
И дальше какая-то пауза, которая длится вечно. Родители водили меня к логопедам, к дзнахарям на иглоукалывание, а в попытках излечить мою речь. И только много лет спустя я начал понимать, что на самом деле речь была тем, что просто вот видно снаружи.
Настоящая история и проблема, она была как раз-таки про то, как я себя чувствовал рядом с людьми. То есть насколько мне было страшно говорить, проявляться, быть замеченным. И туда тогда никто особо не заглядывал.
И мне кажется, что мы вообще очень часто пытаемся заглушить симптом, ни разу не спросив себя, а о чём он на самом деле. И раз уж мы дошли до детства, сейчас хочу высказать не самое популярное мнение. Есть распространённая идея, э особенно в среде таких диванных экспертов, а что нужно обязательно простить родителей, что в этом и есть ключ к свободе психологической, да, что пока ты не простил маму или папу, дальше нормально жить не будешь.
Вот я с этим категорически не согласен. А-э, мне кажется, что прощать вообще не обязательно, потому что ваши родители, они могли быть не самыми лучшими людьми. Они могли быть холодными, могли быть жестокими, могли просто не справляться со своей ролью.
И требовать от себя простить человека через силу - это иногда ещё и такая как будто бы форма насилия над собой, только с очень таким красивым названием. И вот здесь, мне кажется, есть совершенно другая сторона. В какой-то момент я заметил, что бесконечное разбирательство с родителями, оно очень легко превращается в такое отдельное занятие.
Этим можно заниматься годами, находить всё новые эпизоды, копаться в нюансах, а объяснять через них буквально всё, что происходит с тобой сегодня. И здесь, мне кажется, полезным было бы остановиться и спросить себя честно: "А чего вы, собственно, хотите от своих родителей сейчас? " Потому что, ну, реальные родители, то есть живые люди, которые прямо сегодня где-то сидят, работают, смотрят телевизор, пьют чаёк, они уже далеко не всегда главные участники этой истории.
Очень часто мы имеем дело не столько с ними, сколько со своим внутренним отношением к ним, то есть с той версией мамы или папы, а, которая давно поселилась у нас в голове и продолжает оценивать каждый наш шаг. И как раз-таки, что я понял в терапии, что нужно работать именно с этой внутренней конструкцией, а не обязательно с настоящей мамой по телефону. В семейной терапии есть такой термин сепарация.
Это про разрыв между ребёнком и родителем. Это не означает разорвать отношения или перестать общаться с родителями. Это скорее про способность оставаться собой рядом с ними.
То есть не сливаться, не воевать, не пытаться постоянно что-то доказать. А, поэтому для меня история про то, чтобы отстать от своих родителей - это не вычеркнуть их из жизни, это просто перестать годами вести внутри себя спор, которого они, скорее всего, вообще даже не слышат. Четвёртый урок из моей терапии - то, что мы боимся не неудача.
Э, на это у меня ушло, кажется, лет 10 в моей жизни, потому что я думаю, что очень часто мы боимся не самой неудачи, мы боимся быть увиденными в тот момент, когда у нас что-то не получилось, где мы что как-то серьёзно облажались, что-то профокапили. И мне кажется, это две совершенно разные вещи. Вот можете прямо сейчас провести маленький эксперимент.
Представьте, что вы можете потерпеть неудачу при этом в полной анонимности. Никто никогда не узнает, что вы вообще это пробовали. Никаких свидетелей, никакого осуждения.
Никто потом вас не спросит: "Ну что, получилось? " А скорее всего количество вещей, которые вы готовы попробовать, оно прямо резко возрастает, резко увеличивается, потому что страшно нам очень часто не само это действие и даже не сам провал. Нам страшно от того, что вот эта воображаемая аудитория, воображаемые зрители, которые якобы будут на нас смотреть, они увидят наш провал.
И у меня была почти абсурдная история. Я 8 лет работал репортёром на НТВ. Я был в кадре, э, выходил в праймтай, меня видела вся страна, камеры я не боялся.
А потом ушёл в собственный бизнес, и почти 10 лет я не мог запустить свой YouTube канал. 10 лет. При том, что профессионально помогал я делать ровно это другим людям.
То есть я знал инструменты, я объяснял их клиентам, я понимал досконально, как всё работает, но сам я не начинал. И останавливала меня очень простая штука: а что подумать обо мне коллеги? с которым я уже давно не работаю.
А что скажут люди, которые знали меня по телевизору? А вдруг они решат, что я совсем скатился и пошёл в блогеры? И знаете, что случилось, когда я всё-таки начал канал?
Ничего. То есть практически никто ничего не подумал, потому что у людей, вообще-то, есть своя жизнь. И в психологии даже есть такой термин, он называется эффект прожектора, когда мы сильно переоцениваем, насколько окружающие вообще следят за нами, замечают наши ошибки и долго о них помнят.
А проблема в том, что как будто бы наши собственные мысли кажутся нам какой-то объективной правдой, просто потому что они звучат нашим голосом и находятся внутри головы. Но мозг, вообще-то, не обязан каждый раз показывать нам реальность максимально точно для него скорее, э, куда важнее история с безопасностью нашей. Поэтому он скорее 100 раз перестрахуется, чем один раз допустит опасность.
И поэтому навык здесь не в том, чтобы начать думать как-то позитивно и убеждать себя, что всё будет хорошо. Давай, поверь себя, сделай. Я в это не очень верю.
И, честно говоря, за все предыдущие годы это со мной не особо работало. Но а что сработало? Поймать вот эту мысль и спросить себя: "А это действительно факт или это просто мой какой-то вот старый автопилот, который он включается каждый раз, когда мне страшно?
" Теперь, возможно, самое неприятное, что я скажу за это видео. Это пятый мой вывод. Скорее всего, момента, когда вас однажды отпустят навсегда, его не будет.
Мы часто приходим к психологу с надеждой, что вот сейчас я это разберу, пойму, найду первопричину, и как-то всё пройдёт. Тревога уйдёт, старая боль закончится, а детские истории перестанут влиять, и вот тогда я наконец-то начну нормально жить. Если честно, мне кажется, что нам в нашей культуре достаточно хорошо эту идею как-то продали, что ли, вот эту идею какого-то волшебного исцеления раз и навсегда, что будто существует точка, в которой уже у тебя ничего не болит, тебя ничего не триггерит, ты всё проработал, и теперь ты совершенно здоровый психологический человек и идёшь уже дальше вот так весело и бодро по жизни.
У меня лично такого не случалось. Тревога не исчезла полностью, прошлое моё никуда не стёрлось. Некоторые больные точки, они так и остались у меня больными точками.
Я до сих пор за этого переживаю. И я сам довольно долго жил с ощущением, что вот-вот я найду ту самую волшебную таблетку, что ещё немного покопаю, ещё одну книжечку прочитаю, а ещё один метод попробую, и тогда наконец отпустит. Честно говоря, не отпускало.
И парадоксальным образом многое начало меняться как раз-таки тогда, когда я перестал этого ждать. А на первый взгляд это может звучать как какое-то поражение, типа я отказался. Но для меня это этот отказ он оказался освобождением.
Потому что пока вы ждёте, что настоящая жизнь начнётся только после того, как вы всё внутри себя разрулите, вы эту жизнь просто откладываете и как будто сидите вот в этой приёмной куда-то и ждёте, когда вас наконец позовут. Ээ, но тут важно сказать, что я понял, что наша жизнь - это не черновик, а нет никакой репетиции, после которой начнётся концерт ваш. А, и поэтому цель для меня теперь не в том, чтобы от всего этого избавиться, да, от всех этих тревог, страхов.
Цель как раз-таки в том, чтобы научиться с этим жить и при этом жить хорошо, классно. А потому что проблемы, с которыми мы сталкиваемся, они никогда не закончатся полностью. Но может поменяться то, как вы себя рядом с ними ощущаете.
Шестой вывод. Наверное, он самый простой по формулировке, но один из самых сложных на практике. Вот просто послушайте иногда, как мы разговариваем с собой внутри.
Ну я и тупой. Я опять сказал какую-то глупость. Кто так делает?
Никто мне не рад. Я опять всё испортил. Я этого не достоин.
А, а теперь представьте, что с проблемой к вам пришёл ваш какой-то близкий друг, и вы разговариваете с ними вот теми же словами, типа: "Ну ты идиот, ну ты бездарность". Он говорит: "Слушай, мне сейчас очень плохо". А вы отвечаете: "Ну ты правда идиот".
А чего ты хотел? Вы Я вангую, что вы практически никогда так не сделаете с человеком, которого вы любите. Но почему-то с собой мы позволяем такой тон, причём регулярно, постоянно, каждый день.
Более того, нам кажется, что это даже полезно, что мы так себя как-то дисциплинируем, заставляем двигаться, не даём расслабиться. Но мне кажется, работает это не совсем так. Умение относиться к себе по-доброму, оно не означает всё себе разрешать.
То есть это не про то, чтобы лечь на диван и больше никогда ничего не делать. А скорее наоборот, когда ты не добиваешь себя после каждой ошибки, тебе сильно проще встать и попробовать ещё раз. И и вот этот вывод стать себе лучшим другом, мне кажется, он на самом деле ключевой, потому что если ваша психика вам не враг, то, может быть, пора и вам уже перестать самому себе быть этим врагом.
Потому что внутренний критик у большинства из нас он развит просто замечательно. Он тренируется годами и всегда знает, что сказать. А вот внутреннего друга его приходится выращивать специально, потому что нас этому никто не учил.
И ещё одна мысль, которую мой внутренний друг сейчас довольно часто мне напоминает, что у всего есть год спустя. Что бы с вами сейчас не происходило, через год вы будете смотреть на эту ситуацию уже совершенно из другой точки. Не обязательно из какого-то счастливой точки, не обязательно всё закончится идеально.
Просто это будет уже совершенно другая точка. Наверное, нужно честно признать, что терапия для кого-то может быть привилегией, потому что не у многих людей есть на это деньги, время. И делать вид, что сегодня каждый может просто пойти к хорошему специалисту раз в неделю, мне кажется, это не совсем честно.
Поэтому мы с нашей командой решили сделать проект внутри спокойно, который делает психологическую поддержку доступной и понятной. Нам хочется, мы искренне верим в нашем проекте, что работа с собой, а, должна быть не какой-то роскошью для людей, у которых есть несколько свободных часов и много денег на терапию, она должна быть чем-то нормальным и доступным. Если вам эта тема близка, то ссылка будет под видео.
Обязательно переходите и изучайте. И предлагаю вам также поделиться в комментариях, а что важного вы поняли о себе за последний год. Мне правда искренне интересно почитать, и возможно ваш вывод, ваша мысль окажется именно той мыслью, которую сейчас кому-то очень важно услышать.
Спасибо за внимание. До новых встреч.
